Мать известной фигуристки Элизабет Турсынбаевой Падишахан Султаналиева родом из киргизского Аксы, но живет в Москве еще со студенческих лет. В беседе с корреспондентом «РДВ» собеседник рассказала о том, как складывался жизненный путь их семьи, и почему фигуристка решила вернуться к Этери Тутберидзе от канадского тренера Брайана Орсера.

РДВ: Мы в курсе того, что Элизабет занималась у российского тренера Этери Георгиевны Тутберидзе, потом вы ушли к Орсеру, сегодня же вы возвращаетесь к Тутберидзе. Для начала, Падишахан, как характеризуют вашу дочь Элизабет с профессиональной точки зрения?

— Она небольшая, аккуратная, гибкая и худая — это считается для фигуристки хорошими данными, и генетически Элизабет очень прыжковая…

© РИА Новости, А. Вильф
Элизабет Турсынбаева (Казахстан) выступает в произвольной программе женского одиночного катания на чемпионате мира по фигурному катанию в Милане

РДВ: В связи с нашей беседой вспоминается фраза из одного интервью с Юрием Башметом, где знаменитый дирижер и альтист рассказывал о методе Мстислава Ростроповича: «Мне нужны талантливые родители, а не талантливые дети». Если бы этого не захотели вы, родители, то всего этого в жизни дочери, очевидно, не было бы, как же все начиналось?

— Начиналось все здесь, в России, у меня же дети родились в Москве. Я образование получила в Московском агроинженерном университете им. Горячкина. Потом в МГУ. Я где-то с 18 лет в Москве нахожусь… Я когда уезжала из отчего дома, родителей предупредила, что не вернусь, потому что у меня были деньги на поезд в один конец — 28 рублей. Так, в я поехала в Москву плацкартом. Свою жизнь, как вспоминаю, я оказывается выстроила последовательно: сперва диплом, квартира, потом замужество, и только создав благоприятные условия для жизни, можно заводить детей. У нас это получилось. На дворе стояли 1990-е годы — все челночили в «Лужниках», и мы среди них. Это было лихое время, но деньги можно было заработать неплохие. Правда, и жить было неспокойно. Бандиты, рэкет, передел собственности, крышевание — об этом мы знали не из фильмов, а по рассказам наших знакомых. Сейчас все по-другому, легче вести дела, экономически сейчас намного стабильнее. В Москве тогда даже пили намного больше. Эпоха была совсем другая. А в родной Киргизии шансы поступить в институт у меня также равнялись нулю. Вот я и решила, что попытать счастья надо, взяв планку повыше… Но я была очень старательной в учебе.

Окончила вуз, работая, я купила квартиру и потом уже, в 1996 году, судьба вмешалась в мою жизнь: купив два билета в Большой театр, мы с приятельницей собирались послушать оперу «Каменный гость» Даргомыжского, но подружка не смогла прийти на спектакль.

Пришлось мне, красивой и нарядной, идти на Кузнецкий Мост и продавать билеты, ну как же дорогому билету пропадать?! Стою там, раньше так все продавали билеты в Большой, и тут подошел ко мне молодой человек и говорит: «Случайно не меня ждешь?» А я говорю: купите билет.

Он купил билет, так мы и познакомились. После он сводил меня на «Баядерку», и потом мы все лето ходили по театрам.

РДВ: Таким образом, благодатная почва для создания прекрасной семьи и детей была с первых дней…

— Я всегда, глядя на будущего избранника, видела в нем отца моих детей и сравнивала с другими: фигура, лицо, характер, манеры.

И вправду, если бы не культурный образ жизни, то вряд ли у нас родились бы такие дети. По характеру муж очень шустрый и на одном месте не усидит, он ведь предприниматель.

РДВ: Казахи, как и киргизы, тоже придают сильное значение родоклановому происхождению. Ваш муж из каких казахов?

— Он из кызылординских, юридический окончил в Караганде. Тоже, как все, занимался бизнесом, сейчас он с сыном в Казахстане, в Астане, где у него хорошие связи. Муж мой прекрасный человек, воспитан в лучших традициях казахской семьи. Он, кстати, тоже любит фигурное катание. Мы из-за детей сейчас живем на несколько стран, так как мы не боимся перемен, все учимся бесконечно. В данное время я получаю третье высшее образование.     

Наш старший сын в этом году окончил РСШИКОР им. Х. Мунайтпасова с красным дипломом. Он мастер спорта по фигурному катанию, работает тренером.  

РДВ: Каким образом ваши дети попали на каток, да и вообще в мир спорта?

— Бывают же мечты? В 1980 году в Москве была Олимпиада, вся страна наблюдала за событием с экранов телевизора. Я на это смотрела с таким вдохновением, мне ведь было всего лишь девять лет. Глядя на экран, я мечтала и представляла себе картинку, как я там сижу среди спортсменов. Я говорю маме: я тоже туда хочу, это большая дорога, настоящая жизнь, необыкновенные люди, мир. Ты четко идешь к цели, тебе нескучно, и жизнь у участников Олимпиады настолько захватывающая — уже тогда у меня было какое-то представление об этой стороне жизни спорстменов.

Так получилось, что благодаря стараниям Элизабет ход истории изменился — до нее никто из женщин — фигуристок Казахстана не попадал на Олимпийские игры. А она смогла выиграть аж две лицензии на ОИ!

© РИА Новости, В. Песня
Элизабет Турсынбаева (Казахстан) выступает на соревнованиях по фигурному катанию на XXIII зимних Олимпийских играх

РДВ: В Казахстане все же неплохо пекутся о спортсменах такого уровня, вы ощутили эту поддержку?

— Да, с самого начала они нас поддерживают, не обижали нас…

По своему опыту знаю, что успех юного спортсмена зависит от титанических усилий его семьи, даже если государство его поддерживает. Много чего мы организовываем сами и свои деньги, безусловно, также вкладываем. Вначале мы были на пути к сборной России, занимались у тренера Этери Тутберидзе, потом, посовещавшись в семье, решили, что Элизабет будет выступать за сборную Казахстана, что означало некие перемены. Тогда российские тренеры не могли заниматься с иностранцами, а дочь приняла казахское подданство. Это и другие причины побудили нас поехать к тренеру Брайану Орсеру в Канаду до наступления 2014 года. Мы занимались поиском себя, своих возможностей, а Орсер мог тренировать фигуристов любой страны, тем более он один из лучших тренеров. Приехав в Канаду, мы поняли, как складываются здесь взаимоотношения педагога и ученика.

В Канаде вообще, если ребенок занимается, за него полностью платят родители, и как скоро мы поняли, не так-то просто заручиться поддержкой государства, как это обычно бывает в России. В России же это данность, когда спортсмена с младых ногтей ведет и поддерживает государство, хотя и родители при этом несут большие расходы. Питание, лечение, одежда, коньки, профессиональные принадлежности — все очень дорого.

Бывали моменты, что Элизабет вспоминала и говорила мне: надо было остаться у бывшего тренера. Тутберидзе больше понимала, что нужно подопечному. А тут пока язык выучили, пока привыкали друг к другу, пять лет быстро прошли.    

РДВ: Брайан Орсер — какой он?

— Орсер — он веселый, открытый, но безумно занятой. У него много учеников, и он разъезжает по всему миру. Довольно много времени он тратит на ледовые шоу. Ошибка с Орсером состояла в том, что мы думали, он будет с нами заниматься круглые сутки. Но пришлось работать в основном самостоятельно.

© РИА Новости, В. Песня
Габриэль Дэйлман (Канада) и тренер Брайан Орсер после выступления в произвольной программе женского одиночного катания командных соревнований по фигурному катанию на XXIII зимних Олимпийских играх

 

РДВ: Все-таки школы отличаются — советская и западная?

— Там ты предоставлен сам себе, много чего решаешь сам, вплоть до выбора программы, а если ты ошибку допускаешь, это твоя личная ошибка. Орсер ведет занятия условно говоря 20 минут, и он отвечает за эти 20 минут. А за глобальный результат надо бороться самому, либо за тобой должна стоять сильная федерация, как в России, — помогает, болеет. Даже в Казахстане эта федерация в чистом виде не существует, там не хватает обученных судей, контролеров, тренеров, но казахи все-равно оказывают Элизабет посильную помощь.

РДВ: А почему же тогда надо было менять гражданство ребенка?

— Потому что в этом тоже есть свой смысл, в России большая конкурентная среда. Глядя на дочь, думала, выдержит ли она эту конкуренцию, выживет ли вообще? Я смотрела на это глазами мамы, а не тренера, а может, и не имела права это делать. Некоторые ведь так поступают — отдают дитя тренеру и все. Я же так не могла, надо было сберечь ее до совершеннолетия без ошибок. Мы готовимся к Олимпийским играм, которые пройдут в 2022 году в Пекине, и у моей девочки все только начинается.

РДВ: Будет ли Этери Тутберидзе что-то менять в вашей дочери после Орсера?

— Конечно, это нормальная практика, но техника Тутберизде при Орсере была сохранена. Мы просились к ней, очень долго шли переговоры. Этери Георгиевна работает, вкладывая душу, и не обращает внимания на условности, может, поэтому у нее такие результаты. Это организованный тренер с прекрасной командой — тренером Сергеем Викторовичем Дудаковым, хореографом Даниилом Марковичем Глейхенгаузом.

© РИА Новости, А. Вильф
Российский тренер Этери Тутберидзе во время выступления фигуристок в короткой программе женского одиночного катания на соревнованиях по фигурному катанию на XXIII зимних Олимпийских играх

РДВ: А заслуженный тренер СССР Татьяна Тарасова об Элизабет как-то отзывалась?

— Она считает, что Элизабет могла бы выступать в паре, потому что у нее подходящая комплекция, но я не вмешиваюсь в дела дочери, ей уже 18.

РДВ: Часто ли вы летаете на родину, в Кыргызстан, и из какой местности вы родом?

­—Я родом из Аксы. Прилетая домой, я провожу много времени в Бишкеке, потом я еду в родной Аксы. В Бишкеке у меня много друзей и заинтересованных журналистов. Со мной советуются по части здорового образа жизни, как заставить людей полюбить спорт в национальных масштабах. Мы же генетически ничем не хуже других, настолько у нас дети способны, и надо эти направления развивать, поднимать национальный дух.

Кстати, в данный момент пишу третью книгу о нашей жизни. Она называется «Фигурное катание — моя жизнь».

 

Беседовала Айгуль Ниязалиева