- Что обязательно нужно знать мигрантам, которые приехали на заработки в Москву, во избежание проблем с правоохранительными органами?

- Первое, что должны знать мигранты, и не только они (россияне в том числе), - все документы необходимо получать в государственных структурах. Не надо слушать своих знакомых, которые обещают достать любые документы через третьих лиц за определённую сумму. К сожалению, случается, что к нам приходят люди и говорят, что ФМС должна оказать им определенные услуги, потому что за них уже кому-то заплачено. Начинаем разбирать ситуацию, мы объясняем: «Не бывает так, чтобы государственные учреждения выдавали патент или разрешение на работу в отсутствие человека». Пока он не придет и не увидит, что его документы приняли, поставили печать, присвоили им регистрационный номер и не сказали, когда приходить, он не защищен. Человек должен сам прийти и получить свои документы, расписаться за их получение. Всё остальное сомнительно и незаконно. Да, мы понимаем, что это не всегда удобно, оформление любых документов, как правило, занимает много времени, тем не менее, лучше пройти все процедуры и получить гарантию того, что ваши документы в порядке.

Что касается въезда на территорию Российской Федерации, отмечу, что граждане тех государств, с которыми у нас действует безвизовый режим, должны при себе иметь документ, удостоверяющий личность, и миграционную карту. Подчеркиваю, что миграционная карта вручается компаниями-перевозчиками: её не надо нигде покупать. После того, как на границе вам поставят в ней штамп о прибытии в Россию, сохраняйте карту: она вам понадобится при постановке на миграционный учет, при подтверждении законности нахождения на территории Российской Федерации, вплоть до самого выезда.

Просьба обратить внимание на то, что крайне важно правильно заполнить графу «цель въезда». Не всегда мигранты пишут «работать», иногда они указывают цель - «частная». Нередко мы сталкиваемся с тем, что сначала граждане стран ближнего зарубежья приезжают к своим друзьям или родственникам, а уже потом выражают желание работать в России. Это тот самый случай, когда наша служба может привлечь человека к административной ответственности, принять решение о сокращении срока его пребывания в нашей стране.

- Почему?

- Из-за несоответствия заявленной цели. Каждый человек, отправляясь в другую страну, должен четко сформулировать цель своего визита - еще до въезда в другое государство. В этом отношении нам гораздо проще с представителями стран дальнего зарубежья, которым нужна виза. Для въезда в Россию они проходят более длительную процедуру оформления документов, и цель визита обозначается заранее, еще в приглашении.

Гражданам стран, с которыми у нас действует безвизовый режим, необходимо понимать некоторые нюансы, несмотря на то, что им проще попасть на территорию нашей страны. Один из таких нюансов как раз заключается в том, что частный визит не подразумевает никакой трудовой деятельности, поэтому, если иностранец едет в Россию на заработки, он должен указать это еще на границе.

По закону граждане государств, с которыми у России действует безвизовый режим, имеют право в течение 90 суток находиться на ее территории. В этот период они могут искать себе работу. Если работодателем выступает предприятие (юридическое лицо), то оформляется разрешение на работу. Если трудовой мигрант идет на работу к частному лицу (физическому лицу), оформляется патент.

Несмотря на то что временные рамки для оформления разрешения на работу и патентов не длительны, в Москве существует своя специфика. Нередко правозащитники обвиняют ФМС в том, что она не принимает у физических лиц документы на оформление разрешения на работу. Действительно, мы предпринимаем все возможные попытки, чтобы не принимать у самого иностранца документы на оформление разрешения на работу. Объясню почему. Мы знаем, что государство в первую очередь обязано защищать интересы россиян, точно так же мэр на своей подведомственной территории обязан защищать интересы москвичей.

- Вы стараетесь не принимать документы только у физических лиц? Юридическим лицам с вами проще общаться?

- Вы, безусловно, слышали о квотах на выдаваемое количество разрешений на работу и знаете, что для Москвы существует определенное ограничение. Все предприятия, которые планируют привлекать иностранных граждан, проходят долгий, нудный, очень неудобный и критикуемый в настоящее время (все ведомства думают, как его модернизировать), но ныне действующий механизм квотирования. Так или иначе честные работодатели идут этим путем и получают свои квоты.

###

- Как это происходит?

- Предположим, работодателю выделили 50 рабочих мест для 50 иностранцев, он заключает с ними предварительный договор, и нам приносят документы для оформления разрешения на работу. Таким образом, мы знаем, где работают и чем занимаются эти 50 человек на территории Российской Федерации. Но это в идеале. На сегодняшний день на практике не все так, потому что, получив разрешение на работу в этой организации, иностранные граждане нередко трудоустраиваются на совершенно другие предприятия.

- На какие предприятия? Которые не получили квоты?

- Мигранты уходят к тем работодателям, которые не получали квоты - не занимались этим, а попросту купили их. Такие работодатели берут иностранца с готовым разрешением на работу. По сути это существующий на сегодняшний день теневой бизнес. Есть компании, которые специально занимаются оформлением разрешений на работу, торгуют ими. При выявлении данных нарушений, мы заносим такие компании в список недобросовестных работодателей, и в следующем году они уже не получат разрешения на работу для своих сотрудников. Это с одной стороны. С другой стороны, ФМС бьется за то, чтобы установить жесткую привязку работодателя и иностранного работника, чтобы было с кого спросить. Начиная с момента въезда на 90 суток мы идем навстречу мигрантам. За эти три месяца иностранный гражданин может определиться, он имеет право находиться на территории Российской Федерации, и мы его не наказываем за то, что он вовремя не встал на миграционный учет. Однако при этом кто-то должен отвечать, и законом определено, что отвечать за иностранцев должна принимающая сторона - те лица, которые его у себя поселили, те, кто оформил его на работу. Никто не говорит, что в течение 90 суток не надо становиться на миграционный учет, - становиться надо. Вопрос в том, что на сегодняшний день отвечать за несвоевременную постановку должны не сами въехавшие иностранные граждане, которые не знают наших законов, а те, кто их принял. С этой точки зрения ФМС постоянно выступает за ужесточение требований и за увеличение ответственности нарушителей миграционного законодательства - из числа представителей принимающей стороны.

- О чем, собственно, говорил премьер Дмитрий Медведев 9 августа на заседании Правительства РФ...

- Абсолютно верно! И президент, и премьер, и мэр Москвы, да и наша служба об этом говорят постоянно.

Пришедшее руководство ГУ МВД также уделяет особое внимание проблемам миграционного законодательства. Если мы будем работать в одной связке, то сможем добиться ощутимых результатов.

К примеру, сейчас Сергей Собянин во главу угла ставит задачу по наведению порядка в Москве, и одно из направлений - это наведение порядка в жилом секторе. Почему именно жилой сектор? С одной стороны, ну живут себе приезжие и живут. С другой стороны, москвичи жалуются, что квартиры превращаются в «резиновые». Ну не может в однокомнатной квартире жить порядка 20 человек. Во-вторых, возникает вопрос, здоровы ли эти мигранты? Если один нездоров, то через неделю будут нездоровы все 20 человек, а они будут распространять инфекцию по Москве. Это неправильно, и, чтобы устранить проблему, Федеральная миграционная служба призывает обратить внимание на соблюдение санитарных норм при расселении.

- Каким образом вы собираетесь ужесточать правила пребывания жильцов в квартирах? А как же понятие частной собственности?

- Давайте поговорим о собственниках. Во-первых, москвичи платят налоги от сдачи собственности в аренду крайне редко. Вы наверняка знаете, что те, кто сдает квартиру, как правило, не платят налоги. Мигранты здесь живут, пользуются коммунальными услугами, в случае болезни получают первую медицинскую помощь, пользуются транспортом, который во многом дотационный, - и всё за счёт средств налогоплательщиков.

Чтобы хотя бы частично решить эту проблему, мэр предлагает начать наводить порядок в жилом секторе. Один из шагов я озвучила - это предложение ФМС установить предельно допустимое число человек, которые могут проживать в квартире. Второе - устранить разницу между официальным адресом проживания и фактическим. У нас сейчас что происходит? Заявил человек о себе по одному адресу, а находится совершенно по другому. Мы предлагаем ввести ограничения: если приезжий поставлен на миграционный учет по одному адресу, то пусть он там и проживает. В этом году мы провели эти инициативы, правда в экспериментальном порядке. Для реализации реформы нам нужна поддержка других ведомств - прокуратуры и суда, чтобы у нас был один взгляд на прочтение закона.

Вы можете мне задать вопрос: почему изначально это не было прописано в законе? Почему сейчас вообще можно стоять на миграционном учете по адресу юридического лица? Как образовалась эта лазейка? Дело в том, что существует целый пласт иностранных работников, которые проживают не в квартирах, не в общежитиях, а в приспособленных помещениях. Строительные вагончики, подсобные помещения - все то, что по российскому законодательству к статусу жилого помещения не относится. Можно ли там располагаться? Ну а почему бы и нет, если оно приспособлено для проживания, расположено в непосредственной близости от места работы мигрантов, если Роспотребнадзор и Санитарно-эпидемиологическая служба (СЭС) провели проверку и сделали положительное заключение? Однако в таком случае поставить работников на миграционный учет нельзя, потому что строительный объект еще не имеет никакого адреса, тем более его не имеют вагончики. Поэтому было внесено изменение в законодательство, в соответствии с которым стало возможно регистрировать мигрантов по юридическому адресу организации, но с тем условием, что предприятие должно отвечать, как происходит расселение его сотрудников.

Для физических лиц тоже необходимо установить правила, в соответствии с которыми они не смогли бы размещать слишком много человек в своих квартирах. Да, он - собственник и у него есть законные 18 кв. м, но 18 человек там помещаться не может, потому что в таком случае нарушаются права других собственников, живущих по соседству. В законодательстве прописано, что можно лишиться права собственности, когда вы мешаете проживанию других.

- Какая размытая формулировка...

- Согласна, размытая. А потому эта размытая формулировка должна уточняться в суде. Представитель ФМС не может прийти и просто сказать собственнику: «Ты не прав, ты мешаешь соседям». Для этого есть судебная власть, которая в конфликте с собственником и контролирующим органам вынесет вердикт и установит, кто прав, а кто виноват.

Отмечу, что, если к вам приехали родственники погостить на какое-то время, представители ФМС не придут считать их. Другое дело, когда ваша квартира набита битком и превращается в перевалочный пункт - это ненормально и должно пресекаться. Правда, в первый раз нужно предупредить собственника: пришли, посмотрели, спросили, сколько времени эти люди будут находиться в данной квартире. Если же ситуация повторяется, то необходимо привлекать правонарушителя к ответственности.

###

- Почему многие российские бизнесмены нарушают миграционное законодательство, на ваш взгляд?

- Некоторые предприниматели не соблюдают установленный порядок, потому что действующий механизм квотирования не совершенен. Владельцу компании понадобились иностранные работники сегодня, а для того, чтобы получить официальное разрешение, в самом коротком случае эта процедура занимает полгода. Но работодатель не знает, какая ситуация у него сложится за эти полгода, поэтому обходит закон. Сама процедура квотирования не удовлетворяет никого и подвергается критике. Руководитель нашей службы неоднократно поднимал вопрос изменения существующего порядка, потому что он уже не отвечает вызовам времени.

Вторая причина - недобросовестность работодателей, хотя многих мы уже приучили вести бизнес честно и у нас уже есть целый список компаний, которые на протяжении нескольких лет добросовестно работают с нами. На данный момент за нарушение миграционного законодательства установлены огромные штрафы для работодателей, поэтому обходить закон стало просто невыгодно. К тому же любой уважающий себя предприниматель делает всё для того, чтобы его бизнес был прозрачным.

- Существует ли некая база, где представлены «черные» или «белые» списки работодателей? Можно ли сделать ее доступной для населения?

- Да, существует. У нас есть коллегиальный орган - межведомственная комиссия по вопросам привлечения и использования иностранной рабочей силы, в рамках работы которой мы рассматриваем заявки от работодателей и принимаем решения о выдаче или отказе в выдаче квот по тем или иным причинам.

Мы постоянно собираем информацию, готовясь к заседанию межведомственной комиссии, и эта работа осуществляется не за один день. Список фирм, подавших заявку на иностранных работников, проверяется на предмет не устраненных нарушений. Кроме того, «отраслевики» выясняют, на каких объектах работает эта организация, имеет ли на сегодняшний день заказы, не происходит ли там демпинга заработной платы, определяется уровень зарплаты сотрудника на сегодняшний день. Это огромная работа, база постоянно обновляется. Возможно, не надо ее публично обнародовать, но представителям межведомственной комиссии она, безусловно, нужна.

- В каких случаях ФМС может инициировать отказ в получении квоты?

- Это происходит в случае не только вновь выявленных нарушений миграционного законодательства, но и в случае не устраненных. Если работодатель привлекает иностранную рабочую силу и получил необходимые для этого документы, то необходимо проинформировать ФМС об этом, иначе у нашего ведомства возникнут вопросы к нему. Если работодатель получил квоту на 50 человек, а в действительности у него работает 200 человек, то у него тоже возникнут проблемы с ФМС. Бывает, что такие предприниматели не желают признавать свою вину, спорят с нами, не оплачивают штрафы, подают на нас в суд - всячески усложняют ситуацию. В таком случае они попадают в «черный список» и вряд ли получат квоты в следующем году.

Есть компании, как я говорила в начале нашей беседы, которые получают квоты, а потом продают их, - эти юридические лица тоже пополняют список недобросовестных работодателей.

Вместе с тем мы стараемся идти навстречу представителям бизнеса. Если предприниматель приходит к нам и выражает готовность оперативно исправить ошибку, мы, как правило, стараемся помочь ему в этом.

Как видите, ситуации разные, каждый случай разбирается отдельно - это одна из форм работы межведомственной комиссии.

- В одном из своих интервью вы сказали, что работодатель обязан обеспечивать своих иностранных работников жильем. Почему вы так считаете?

- На мой взгляд, все нюансы, касающиеся не только условий работы, но и жилищных условий, должны быть прописаны в трудовом договоре. Если работодатель нанимает гражданина другого государства, он должен понимать, что с момента заключения с ним договора он является для него принимающей стороной, и предприниматель должен знать, где живет его работник, как он работает, обеспечен ли он медицинской страховкой и так далее. Работодатель должен отвечать за своих иностранных работников.

Кстати, сейчас в Москве и Санкт-Петербурге строятся специальные общежития для рабочих. Это не будущие анклавы мигрантов, о недопущении появления которых говорил Дмитрий Медведев, а использование советского опыта. Помните, как в эпоху СССР? Приезжают рабочие на предприятие, будь то стройка, фабрика или завод, каждому дают комнату в общежитии. Это хороший опыт, и его надо использовать.

- Когда мы говорили о жилом секторе Москвы, вы упомянули угрозу распространения инфекций, которыми могут быть заражены иностранные граждане. В столичном Департаменте здравоохранения нам сказали, что все данные о заболеваниях трудовых мигрантов они регулярно отправляют в ваше ведомство, а о дальнейших действиях ФМС им неизвестно. Что происходит, когда вы получаете эти материалы из Департамента здравоохранения?

- Найти этих мигрантов крайне сложно. Департамент здравоохранения собирает информацию, а мы на основе этих данных разыскиваем людей, у которых выявлены те или иные заболевания, но в результате находим единицы.

Инициатива ФМС на сегодняшний день, которую полностью поддержал Департамент труда и занятости города Москвы, заключается в необходимости создания единой информационной базы, куда будут занесены данные о здоровье трудовых мигрантов, въезжающих и уже работающих на территории столицы. Это крайне необходимо осуществить сейчас. Отмечу, что мы не говорим о разглашении медицинской тайны и необязательно обнародовать всю историю болезни мигранта. Это можно сформулировать примерно так: «Нежелательность пребывания иностранного гражданина на территории Российской Федерации по медицинским показаниям».

Единая база данных облегчила бы во многом нашу работу и работу наших коллег. К примеру, обратится к нам иностранец с чем угодно - за разрешением на работу, за патентом или мы его просто задерживаем в городе и привлекаем к административной ответственности, проверяем документы, мы откроем базу и увидим его в списке, всю информацию о нем. Так будет проще и самим мигрантам.

Что касается медицинской составляющей, то сейчас мы пользуемся обычным бумажным носителем - медицинской справкой, которую нам предъявляет иностранец вместе с остальными документами. Медицинская справка предоставляется по истечении 30 дней после получения разрешительного документа, а это все равно что искать иголку в стоге сена, тем более, когда мигрант еще и проинформирован о том, что его ищут. Конечно, он будет обегать десятой дорогой наши жилетки. Поэтому повторяю: только единообразная база решит все озвученные в данной беседе вопросы.

На мой взгляд, она не создаст проблемы разглашения медицинской тайны, даже если в ней будет указана пометка СПИД-центра: компетентным органам эта информация нужна исключительно в рамках работы.

###

- Кстати, о Европе и Америке. Страны ЕС в рамках миграционной политики разработали программу Blue Card. С 1 августа этого года карта Blue Card (что-то наподобие американской Green Card) выдается мигрантам сроком на четыре года. Ее держатель вправе проживать, работать и учиться на территории стран, входящих в Евросоюз и присоединившихся к этой программе. Европейские эксперты уже оценили эту программу и назвали ее верным шагом в сторону модернизации миграционной политики. Что вы думаете по этому поводу?

- Верный это шаг или неверный, я смогу оценить только по прошествии времени. Что касается нашей страны, то у нас есть аналог. В России действует механизм оформления разрешения на временное проживание, которое иностранцу дает право находиться на территории страны три года. Обладая этим правом, человек занимает некую промежуточную позицию между теми, кто приехал сюда на короткое время, и теми, кто живет здесь постоянно. У нас ведь есть иностранцы, которые живут в России практически всю жизнь и, сохраняя гражданство другого государства, обладают в общем-то теми же правами, что и мы с вами. Они не имеют права служить в российской армии и голосовать на выборах. Остальные права аналогичны правам россиян: социальная защита, трудоустройство, пенсия - он на неё заработал. В России есть этот опыт.

Я не знаю, какой по содержанию будет Blue Card, что конкретно она будет подразумевать. У нас под временным разрешением подразумевалось не только право на проживание в России в течение трех лет, но и выполнение неких обязанностей. Иностранные граждане, обладая временным разрешением, раз в год по истечении календарного года подтверждают свои доходы и демонстрируют правоохранительным органам, на какие средства они живут на территории России. При этом ему вовсе не обязательно работать - иностранец бывает иждивенцем, его могут содержать родственники или на его банковский счет поступают отчисления с процентов, ради Бога. Но необходимо доказать свои финансовые возможности и объяснить, на какие средства он живет в нашей стране.

На данный момент в ФМС взвешиваются все «за» и «против», идет подготовка для внесения изменений в существующий порядок оформления разрешения на временное проживание в России. Но до внесения изменений в законодательство ничего конкретного сказать не могу.

- Как вы оцениваете миграционную политику США?

- Вы прекрасно знаете, что в США число нелегальных мигрантов не меньше, чем в России, потому что граница была давным-давно открыта. Но что делают американцы? У них «отсеивание» происходит на моменте выезда.

Пока нелегальный мигрант живет в Америке, его, как правило, не трогают. Если человек приехал, работает - значит, он зарабатывает, а зарабатывая, тратит, и все это происходит в пределах страны. Но если он выехал, то обратно въехать не сможет, потому что попадет в базу лиц, нарушивших миграционное законодательство.

Мы тоже идем по этому пути и на сегодняшний день активно применяем закрытие въезда. Если мигрант нарушил российские законы, мы закрываем въезд с момента правонарушения. Это, на мой взгляд, правильно. Пусть он немножко подумает, что его неправомерные действия наказуемы. Но не всегда мы применяем жесткие меры по отношению к правонарушителям. Почему? Потому что у многих в России есть семьи, бывает, что у работодателя обнаруживается какая-то дикая востребованность в суперквалифицированном специалисте. Также мы смотрим на тяжесть правонарушения. К примеру, мы никогда не лишим детей отца, если он два раза нарушил правила дорожного движения: для каждого проступка есть соразмерное наказание.

Я считаю, что мы работаем не хуже наших европейских и американских коллег, потому что на сегодняшний день у нас в работе задействовано не меньше механизмов: сокращение сроков пребывания, запрет на въезд, выдворение, депортация и так далее. С другой стороны, жесткость тоже не всегда эффективна. Если человек не вовремя встал на миграционный учет, корысти в этом я не вижу, это не злонамеренное правонарушение. Тем более надо опираться на уровень самого наказываемого: если он работает у нас дворником, мы понимаем, что образовательный уровень этого человека не позволяет ему даже пользоваться вашим сайтом, например. Поэтому, когда мы задерживаем мигранта в первый раз, то не выдворяем, а предупреждаем его о том, что существует определенный порядок, и ему необходимо оформить все документы. Но если приходится объяснять это мигранту и во второй, и в третий раз, тогда надо задаться вопросом: зачем он нам нужен? Получается, что человек намеренно не соблюдает законы страны. В таком случае применяются жесткие санкции.

Конечно, я не могу сказать, что у нас все в порядке: проблема миграции требует своего решения. Нам предстоит серьезно поработать над улучшением качества предоставляемых населению услуг, эффективнее применять имеющиеся нормы законов при осуществлении проверочных мероприятий, делая акцент на ответственности принимающей стороны. Кроме того, хотелось бы, чтобы возможности центра содержания для иностранных граждан были больше. На сегодняшний день центр, существующий в Москве, рассчитан на 400 человек, а этого катастрофически недостаточно, вы понимаете...

- На практике мигранты не помещаются туда?

- На практике этот центр все время переполнен, и нам приходится ждать. Иногда дело доходит до абсурда: чтобы провести крупномасштабное мероприятие, мы ждем несколько недель, пока освободится определенное количество мест в Центре временного содержания иностранных граждан. Мы знаем, где у нас живут нелегалы, и не идём туда. Понимаете? Прежде всего для того, чтобы не спугнуть. Потому что, если мы приедем на место, но не увезём мигрантов и не разместим их в центре, они просто разбегутся.

- Почему так получилось, что Центр временного содержания иностранных граждан не позволяет вместить в себя достаточное количество человек?

- Дело в том, что этот центр создавался давно, сейчас его размеры нужно увеличить. Ситуация осложняется тем, что к Москве присоединили новые территории и у нас теперь есть Новая Москва. Необходимо увеличить помещение.

- Какие сложности представляют для работы ФМС новые территории Москвы?

- В первую очередь там очень много негородских поселений, сложно контролируемых, где крайне редко бывают представители нашей службы, полиции. Там нет участковых, по крайней мере их ощутимого присутствия. Единственная надежда - на представителей местной администрации. Поэтому мы стремимся наладить продуктивное взаимодействие с главами поселений.

Мы очень рады, когда к нам обращаются московские префекты с предложением провести проверку. И префекты, и наша служба заинтересованы в одном и том же. Они точно знают, где находятся отселенные дома. Когда мы говорим о Новой Москве, то нам важно, чтобы руководители этих территорий знали, где разворачиваются стройки. Так или иначе, мы надеемся, что и с главами присоединенных территорий мы найдем общий язык и плодотворно поработаем.

###

- Недавно в СМИ появилась информация о том, что депутаты партии «Единая Россия» в целях борьбы с этнической преступностью предлагают обязать диаспоры сотрудничать с правоохранительными органами. Как вы относитесь к этой инициативе и к понятию «этническая преступность»?

- Во-первых, давайте разберемся, что такое диаспоры? Диаспоры с точки зрения теории - это люди, объединившиеся по признакам своего языка и культуры, которые хотят сохранить прежде всего свою идентичность. Это и должно лежать в основе деятельности любой диаспоры, на мой взгляд. Борьба с преступностью - это дело правоохранительных органов, а не диаспоры. Она может воспитывать своих соотечественников, помогать, но не отвечать за их действия.

Что касается этнической преступности, я всегда говорю, что преступность не имеет национальности. Когда публикуют новости, где сообщается, что два киргиза ограбили китайца, я так не люблю журналистов в такие моменты! Ну кто вас просил это писать, спрашиваю?! Так делать нельзя, потому что если оценить количественное присутствие киргизов и посмотреть, сколько из них совершает преступления, то картина выстроится совершенно другая.

Я согласна, что можно и нужно анализировать вопрос, представители каких этнических групп какие совершают преступления, но заниматься этим должны специалисты. А если говорить о национальности преступников, давайте тогда не забудем и про титульную нацию - русских. Тогда будет не обидно.

Конечно, необходимо контролировать преступления, которые в том числе совершают мигранты. И мы всё время держим руку на пульсе. Но нам не важно, киргиз это или таджик, - нам важно, что они начинают грабить. Если начали грабить - значит, остались без источников к существованию, им негде жить, не на что уехать.

Если говорить про диаспоры, то надо их подталкивать не к сотрудничеству со следствием, а к тому, чтобы они помогали государству решать проблемы попавших в трудную ситуацию соотечественников. Мигранты порой голодают - мы уже видим бомжей из их числа. Появляются те, кто не знает, куда обратиться, когда человек понимает, что здесь он уже ничего сделать не сможет и у него нет денег уехать... помогите... Здесь диаспора могла бы что-то сделать: подсказать, куда обратиться, связаться с родственниками, попросить выслать для нуждающегося деньги. Вот чем должна заниматься диаспора.

А спрашивать с неё?.. Диаспора сегодня собралась, а завтра скажет: если вы будете с нас спрашивать, то мы разойдемся, мы объединились по желанию и никому ничем не обязаны.

- Чем отличается выдворение от депортации?

- Выдворение осуществляется по решению суда - это дополнительное наказание за определенное правонарушение. Его могут применять, а могут не применять. Решение о депортации принимается руководителем территориального управления, когда пребывание иностранного гражданина на территории Российской Федерации нежелательно. Например, если у иностранного гражданина опасное инфекционное заболевание или он вышел из мест лишения свободы.

- Сколько в среднем стоит депортировать представителя, предположим, Средней Азии?

- Вряд ли можно назвать точную цифру: здесь много факторов. Учитывается стоимость билета, которая варьируется (летом она одна, зимой другая), что за перевозчик (авиа или ж/д), в какую страну отправляем. Также все зависит от того, сколько времени человек содержится в центре, ведь мы предоставляем ему питание, охраняем. Также надо учитывать затраты на электричество, отопление, воду, и конечно зарплату сотрудникам. Поэтому даже среднюю стоимость депортации или выдворения называть крайне сложно.

Я лишь отмечу, что не все расходы ложатся на бюджет. Если мы находим принимающую сторону мигранта, то стараемся с нее взыскать эти средства. В законе прописано, что депортация и выдворение иностранного гражданина осуществляются на бюджетные средства в случае отсутствия принимающей стороны.

Что касается бюджета, то наша служба в рамках своей деятельности тоже пополняет его: в этом году мы принесли городской казне только со штрафов порядка 700 млн рублей. Поэтому хочется обратить внимание горожан, что иностранцы не полным бременем ложатся на них как налогоплательщиков.

- Существуют ли центры поддержки, горячие линии для трудовых мигрантов при ФМС?

- В данной связи не при ФМС. ФМС это инициирует, она связывается с диаспорами, общественными и религиозными организациями. Организовывать центры поддержки мигрантов - это уже социальные задачи.

- Кто должен выполнять эти социальные задачи, на ваш взгляд?

- На сегодняшний день это четко в законе не прописано: мы прорабатываем этот вопрос. Мы не говорим, что хотим или не хотим этим заниматься. То же самое с вопросами лечения - кто-то же должен этим заниматься. Но лечить их должна не ФМС: это уже компетенция представителей сферы здравоохранения. Так же с точки зрения образования: обучать мигрантов и их детей русскому языку надо, это очевидно, но не ФМС этим должна заниматься.

Кстати, по поводу образования: ключевой вопрос - на какие средства мы будем учить мигрантов? Когда будет найден источник финансирования, тогда вопрос образования и культурной адаптации мигрантов в нашей стране решится. Несмотря на то, что диаспоры тоже проводят какие-то культурно-образовательные мероприятия, помогают они косвенно, основная образовательная программа для иностранных граждан должна проходить под эгидой государства, на мой взгляд.

- На ваш взгляд, удастся ли реализовать изменения, которые, безусловно, сделают российскую миграционную политику эффективнее?

- Я уверена, что удастся. Наше дело движется вперед, и не двигаться оно просто не может. Необходимо понимать, что работа ФМС не дает ощутимых результатов быстро: на все нужно время. К тому же Москва по сравнению с другими субъектами Российской Федерации по всем направлениям гораздо сложнее. Тем не менее, на сегодняшний день в наведении порядка в Москве и в оптимизации миграционной политики государства заинтересованы все структуры - правительство города, полиция, и конечно Федеральная миграционная служба. Безусловно, в тесном взаимодействии мы будем двигаться в заданном направлении более быстрыми темпами.

 

Беседовала Алевтина Шаркова.