Несмотря на то, что карьера  актрисы популярного российского сериала Жаныл Асанбековой началась совсем недавно,  20 с лишним лет жизни в Москве она провела достаточно интересно и активно. Считаясь домохозяйкой, Жаныл вместе с мужем не просто вырастила и воспитала двоих детей, но и смогла создать имидж женщины, активно ведущую  социальную жизнь.

О семье и поздней карьере  в беседе с корреспондентом портала «Россия для всех»  актриса рассказывала, время от времени прерываясь на вопросы со стороны: «Извините, вы случайно не Айнура из сериала?», так как интервью проходило в одной из кофеен Москвы. Только потом стало ясно, почему она сидела, не снимая  солнцезащитных очков: не потому, что не нравится внимание, а потому, что приватная жизнь важнее всего. Хотя можно было бы поспорить на эту тему, ведь ее,  этой частной жизни, у Жаныл, похоже нет ни дома, ни тем более на работе.

- Жаныл, вы живете в Москве давно, а родственники, наверное, к вам ездят из Кыргызстана без перебоя. Вы еще не отвыкли от гостей без предварительного звонка?

— Вообще я гостеприимный человек. Никогда не ленюсь готовить кушать, готовить лапшу для бешбармака, жарить боорсоки и готовить  казан  плова на костре.  Я никогда не отказываю в приеме нашим родственникам, которые находятся здесь, в Москве, на заработках. Живем  мы в своем доме в Подмосковье. 

Гостеприимство гостеприимству рознь. Бывает, что гостей принимать человек любит, но не готов их принимать в незапланированное время. А у нас, киргизов, ведь как: принимай гостей по факту. На самом деле желающих пожить у нас предостаточно. Насчет того, что я готовлю все своими руками, — подруги из Бишкека до сих пор дивятся моей трудоспособности. По их словам, в Бишкеке, экономя время, хозяйки давно перестали раскатывать тесто вручную, а покупают его готовым. Похоже, в этом плане я последняя из могикан.

- Умение сохранить семью редкое качество. Как протекает ваша личная жизнь?

- Мы с мужем Таалаем женаты уже более 20 лет, он  тоже оканчивал московский вуз. Будучи предпринимателем, мой супруг очень уважительно относится к моей профессии и желает моего роста на этом поприще. Вообще, многое зависит от того, как муж относится к твоей личности. А человек становится личностью благодаря своим интересам, работе главным образом. Познакомились мы с ним здесь, когда я училась на втором курсе Высшего театрального училища им. Щепкина, а поженились по окончании моей учебы. Все время думали: еще немного — и уедем домой, потом появились дети, мне надо было также окончить аспирантуру… Вот так и продлились наши московские будни до сегодняшних дней.  

- До этого сериала вы где-нибудь еще снимались?

— Приглашали. Но предложения почему-то поступали в тот момент, когда мы с семьей уезжали на Иссык-Куль — нашу малую родину. А уезжаем мы туда каждое лето. Так было с «Кочевником» и рядом других картин, агенты которых мне не дозвонились по этой причине. Официально я считалась домохозяйкой, но посвятила основное время не только воспитанию детей и благоустройству нашего дома, но и активно участвовала в различных концертах, которые проходят в Москве по случаю Дня города и праздников. Никогда не забуду, как выступала на юбилее Чингиза Айтматова от имени киргизской молодежи в Москве, тогда мне удалось даже сфотографироваться с ним. Для меня, я считаю, это было настоящим событием. К сожалению, его уже нет с нами.

Кстати, ситуация с отъездом на Иссык-Куль повторилась бы и на этот раз, и то же самое было бы и с ролью в том сериале, в котором я снимаюсь. Но судьба всегда вмешивается вовремя. Мы как раз с семьей собирались к отъезду, когда позвонили из агентства с предложением сняться в пробах. До этого они (агенты) объявляли вакансию в интернете. А так свое портфолио я размещала в «актерском столе» «Мосфильма».

- Как получилось, что образ мигрантки должна была воссоздать актриса именно киргизского происхождения? Не менее колоритными в этом плане могут считаться и узбеки, и таджики?  

— Режиссер картины в разговоре на эту тему сказал, что они вместе со сценаристами утвердили образ именно киргизки, так как их количество в России не меньше других мигрантов. И он был прав, когда сказал, что в Москве нет ни одного общепита того или иного класса, где бы не работали киргизы. Так что все было в соответствии с реалиями. В группе сценаристов этого фильма, кстати, есть несколько ребят из Кыргызстана — Жаннат, Вася и другие. Они очень мне помогали в работе. Это очень талантливые и трудолюбивые люди.  Как-то мне даже пришлось «повоевать» за некоторые наши специфические слова-возгласы. Например, слово «ойбай», означающее удивление, больше принадлежит казахам, у нас же оно звучит как «ойбой», а при накале эмоций в народе женщины говорят «апээй» или «ииий». Это те нюансы, что в числе других  отличают нас от соседних народов. В начале многие думали, что я играю казашку. Но потом все встало на свои места.

Вообще, работа на съемках, как известно, по-своему сложна, но у нас такая атмосфера — все очень дружные. Помню, как у меня в августе был день рождения и я решила «накрыть поляну»,  приготовив исключительно наши  блюда. За происхождение плова могут побороться несколько народов, но я приготовила его из узгенского риса, который выращивают в Узгенском районе Ошской области. Его готовят по особому случаю, так как это рис класса люкс — как у нас на родине говорят. Так съемочная группа с удовольствием съела этот плов. В сериале снимаются профессиональные повара и мне было особенно приятно, что мои блюда пришлись по вкусу им — докам своего дела.

###

- Вас узнают на улицах, как это обычно происходит?

- Подходят наши ребята-соотечественники, просят кроме автографа сфотографироваться с ними. Обычно говорят: «Можно я вышлю домой фото с вами и покажу родителям?» Кыргызстанцы очень привязаны к российским телеканалам. Родственники мои смотрят сериал, покупая в магазине целый диск.  Или едешь в метро и ловишь на себе взгляды горожан. Когда осознаешь, что это глаза не только наших соотечественников, но и самих россиян, которые могут подойти поздороваться, — честно, приятно.

- Говорят: бойся своих желаний, так как они нередко сбываются. О чем вы мечтали в детстве?

— Какими бы мои мечты ни были, они сбылись. В детстве на берегу Иссык-Куля я с подружками грезила поехать в Москву учиться, чтобы стать актрисой, все время пела в какой-нибудь импровизированный микрофон. Ведь сбылось же! Помню, как моя покойная ныне бабушка, которая меня воспитала, не хотела отпускать в Москву. Я сильно расстраивалась, но колхозные активисты, местные авторитеты,  убедили ее отпустить родную внучку в Россию. «Подумайте, уважаемая, люди с трудом в местное  каракольское училище поступают, а ваша  девочка в Щепку прошла. Да этому радоваться надо», — вразумил бабушку один из сельчан. Тогда она подумала и решила отпустить меня в далекую Москву.

- Вы говорите, что к вам часто подходят молодые соотечественники за автографом. По-вашему, хороший у них имидж в России?

 — Все должно быть в меру. Да. Я нередко их вижу с бутылкой пива  после рабочего времени и понимаю, что и стресс надо снять, и в хорошей форме наутро быть, чтобы зарабатывать дальше. Я считаю, жить надо без крайностей: работать, но не забывать про молодость — разве она когда-нибудь возвращалась? И в то же время надо, чтобы молодость прошла без ошибок, которые порой не исправить. Надо думать до последствий.

- Дети — это продолжение не только рода, а личности человека. Ваши дети  еще не выразили интерес к творчеству?

— У меня двое детей. Сыну Темирлану 19, дочери Жасмин 14 лет.  Сын с детства рисует, мы с детства его отдали в художественную студию. Сегодня он учится в Московском государственном академическом художественном институте имени В. И. Сурикова на архитектора. Мы с мужем хотели, чтобы Темирлан поступал в академию художеств во Флоренции, начали готовиться к этому. Но одна знакомая переводчица, часто бывающая в Италии, подсказала, что Флоренция, когда-то давшая миру великих художников,  сегодня растеряла свои лучшие традиции, что гораздо целесообразнее выучить ребенка в России — уровень российского худучилища будет вровень с высшим образованием на Западе. Отпустим Темирлана в Италию на усовершенствование, а практику и обучение он должен проходить в Москве.  Тем более что он своими силами прошел на бюджетное обучение.

Рассказывая о сыне, я сейчас вспомнила моменты из его ранней юности:  однажды  педагог по рисованию вручил мне грамоту и медаль, происхождением которой я почему-то не поинтересовалась. Впопыхах  (я куда-то торопилась) я поблагодарила руководителя и побежала к выходу со своим ребенком.  «Постойте, вы даже не поинтересовались, что за это грамота», — сказал он. Выяснилось, что Темирлан единственный, кто был удостоен этой награды во всей Москве: вручал ее Зураб Церетели. Тогда мне стало очень неловко за себя, за то, что уделяя внимание ребенку, я упустила тот факт, что мой сын может быть не просто способным художником, а  лучшим из лучших. В суете сует мы зачастую выпускаем из виду такие важные вещи. У дочери нашей — Жасмин уже выявились склонности к точным наукам, у нее математический склад ума, она с юных лет посещает занятия по гимнастике.    

Сегодня я поняла, что счастье поздним не бывает.  Пусть моя кинокарьера началась после сорока лет, но я работаю по профессии. И это стоило моего ожидания.